Точной статистики развития внешней и внутренней торговли во Франции в XVIII в. не существовало.

Правдоподобны, по-видимому, следующие показатели роста внешней торговли: с 1716 но 1789 г. вывоз из Франции сельскохозяйственных продуктов увеличился с 36 до 93 млн. ливров, промышленных изделий — с 45 до 133 млн. ливров, колониальных товаров — с 15 до 152 млн. ливров.

Несмотря на потерю многих колоний после поражения в Семилетней войне, французская колониальная торговля продолжала сохранять немалое экономическое значение.

Во второй половине XVIII в. особенно большое значение в торговле Франции приобрели Антильские острова.

Плантационное хозяйство (производство тростникового сахара, табака) на островах Гваделупа, Мартиника и Сан-Доминго обогащало и землевладельцев-плантаторов и коммерсантов.

Наиболее выгодно торговые операции были достоянием кучки богачей-монополистов. Особенно обогащала многих арматоров-судовладельцев Гавра, Бордо и Нанта торговля рабами-неграми.

Важная для купцов и промышленников торговля с Левантом была подчинена мелочной и придирчивой регламентации.

Современники резко порицали равнодушие французской дипломатии к успехам Англии, России и Австрии на Ближнем Востоке.

Сохраняя ограничения в вест-индской торговле для своей буржуазии, указ французского правительства от 30 июня 1784 г. открывал доступ английским и другим иностранным кораблям в гавани французских колониальных владений в Вест-Индии.


style="display:inline-block;width:300px;height:250px"
data-ad-client="ca-pub-0791478738819816"
data-ad-slot="5810772814">


style="display:inline-block;width:300px;height:250px"
data-ad-client="ca-pub-0791478738819816"
data-ad-slot="5810772814">

Внешняя торговля Франции во второй половине XVIII в. росла сравнительно быстро, но она могла бы достигнуть гораздо большего развития при наличии иного, более передового социально-экономического строя.

Французские историки иногда называют XVIII столетие «веком дорог», временем широкого дорожного строительства.

Действительно, сеть больших («королевских») дорог разрасталась тогда за счет эксплуатации дешевого, частью принудительного труда крестьян сравнительно быстро.

Но построенные дороги содержались плохо. Поощряя дорожное строительство, правительство руководствовалось больше стратегическими, чем экономическими, соображениями.

Экипажи пассажирского транспорта были неудобны и двигались медленно.

Путь из Парижа в Бордо длился шесть дней, из Парижа в Марсель — одиннадцать.

Перевозка грузов производилась еще медленнее.

Плохое состояние дорог было одной из причин, задерживавших развитие внутренней торговли.

Еще более тормозило торговлю наличие большого числа внутренних таможен, а также отсутствие единства мер и весов.

Крушение финансовой системы Джона Ло подорвало во Франции доверие к государственному кредиту.

Между тем государственные потребности и интересы частного капитала в XVIII в. требовали развития кредита и его удешевления.

Процент по займам был чрезвычайно высок; правительство вынуждено было платить по своим займам 12%.

С ростом торговли и промышленности особенно обострилась потребность в различных банковских операциях.

Однако вплоть до 80-х годов XVIII в. в провинциальных городах, за редкими исключениями, банков не было; только в Париже число банков быстро возрастало: в 1703 г. их было 21, в 1786 г.— 66.

Монополия парижских банкиров и богатейших откупщиков налогов наносила большой ущерб французским финансам и противоречила экономическим интересен торгово-промышленной буржуазии.