Еще в экономической политике XVII в. имелись элементы меркантилизма.

Теперь наряду с охраной правительством интересов отечественной торговли стали проводиться энергичные и разносторонние меры поощрения промышленности.

Как и в ряде западноевропейских государств, при Петре I было организовано строительство мануфактур на казенные средства с последующей передачей их на льготных условиях частным лицам.

Промышленники получали из казны крупные денежные ссуды.

Государство нередко прибегало к принудительной организации промышленных компаний — «буде волею не похотят, хотя, в неволю».

Правительство стремилось регулировать и мелкое производство. В целях расширения экспорта запрещалась, например, выработка узкого полотна, не пользовавшегося достаточным спросом за границей, были привлечены специалисты для обучения кожевников улучшенным способам обработки кожи.

Важной мерой явилась организация ремесленных цехов. В начале 30-х годов XVIII в. в России числилось до 15 тыс. цеховых ремесленников, из них в Москве более половины (8,5 тыс.).

Русское цеховое законодательство в отличие от западноевропейского менее жестко регламентировало производственный процесс, не ограничивало число подмастерьев и учеников, допускало крестьян к занятию ремеслом. Абсолютистское государство создавало цехи с целью повышения мастерства мелких производителей в для более удобного распределения среди них казенных заказов.


style="display:inline-block;width:300px;height:250px"
data-ad-client="ca-pub-0791478738819816"
data-ad-slot="5810772814">


style="display:inline-block;width:300px;height:250px"
data-ad-client="ca-pub-0791478738819816"
data-ad-slot="5810772814">

Заботы правительства о развитии мануфактур выражались прежде всего в его усилиях обеспечить их принудительным трудом.

Уже в XVII в. правительство вследствие недостатка наемных работников стало на путь приписки дворцовых крестьян к заводам.

В первой четверти XVIII в. появились новые формы обеспечения промышленности рабочей силой.

В 1721 г. владельцам мануфактур была предоставлена возможность покупать к заводам крепостных крестьян (такие крестьяне назывались позднее посессионными); им, кроме того, разрешалось держать у себя «впредь до указу» беглых крестьян; наконец, для работы на мануфактурах направлялись осужденные за различные преступления, а также бездомные люди и военнопленные.

Законодательство по обеспечению предприятий трудом приписных, а также крепостных крестьян и рабочих составляет характерную черту русского меркантилизма.

Труд приписных крестьян оплачивался по заниженным ставкам, установленным правительством.

Таким образом, в России, как и в других странах Центральной и Восточной Европы, сложился особый тип мануфактур.

По техническому оборудованию, разделению труда, связям с рынком русские мануфактуры XVIII в. мало чем отличались от мануфактур капиталистической Англии.

Уральские домны по размерам и производительности даже превосходили английские.

Но состав рабочей силы русских мануфактур был более сложным, чем на крупных предприятиях Англии и даже феодально-абсолютистской Франции, где давно исчезло крепостное право.

Часть русских мануфактур, особенно в металлургии, полностью обслуживалась принудительным трудом.

На других предприятиях наряду с наемными работали и крепостные рабочие.

Наконец, на третьей группе мануфактур, главным образом в легкой промышленности, работали преимущественно наемные люди. Именно мануфактуры этой группы положили начало капиталистическим производственным отношениям в промышленности.

Предоставление различных привилегий мануфактуристам имело и политическое значение, так как этим абсолютизм прочно связывал формировавшуюся буржуазию с феодально-крепостнической системой.

Ни о чем с таким вожделением не мечтали владельцы мануфактур, как о получении дворянского звания, а вместе с ним и более широких прав на эксплуатацию крепостного труда.