Дария II признавали в Египте по меньшей мере до 406— 405 гг. до н. э.

Как совершилось освобождение Египта от персидского владычества, неизвестно, но год-два спустя после указанного времени страною правил уже египетский фараон Амиртеи. Освобождение страны не сопровождалось, по-видимому, ломкой внутренних порядков.

Первым фараоном по свержении персидского владычества, процарствовавшим сколько-нибудь длительное время, был Ахорис (392—379). Демотическая хроника, содержащая прорицания с их толкованиями (относящаяся уже ко времени после завоевания Египта Александром Македонским), называет Ахориса благодетелем храмов.

Предшествующих недолговечных фараонов «после мидян» она, как правило, обвиняет в дурных деяниях, за что они были наказаны лишением престола. Можно заключить, что господствующая жреческая знать, составлявшая одно целое с гражданской знатью, свергала и ставила царей по своему усмотрению.

При Ахорисе с помощью афинского полководца Хабрия были осуществлены большие работы по укреплению северо-восточной границы. Ахорис состоял в союзе с греческой колонией Киреной, с Баркой в Северной Африке, писидийцами в Малей Азии и островом Кипр, который фараон деятельно поддерживал в его борьбе, с персами.

Имеются вещественные памятники, свидетельствующие о влиянии Ахориса в Финикии и на палестинском побережье. Первое крупное столкновение с персами — войну 385—382 гг.— Египет выдержал успешно.


style="display:inline-block;width:300px;height:250px"
data-ad-client="ca-pub-0791478738819816"
data-ad-slot="5810772814">


style="display:inline-block;width:300px;height:250px"
data-ad-client="ca-pub-0791478738819816"
data-ad-slot="5810772814">

С Нектанеба I (по-египетски Нехтнебеф, 379—361) начинается не только новая династия — XXX, по счёту египетского историка Манефона,— но и последний подъём могущества Позднего царства. Новое персидское нашествие в 374 г. до н. э. окончилось полным провалом. Причиной тому были не только нерешительность персидского военачальника и происшедший в это время разлив Нила, но также упорная оборона пограничной крепости Пелусия.
Нектанеб I всячески угождал жречеству.

На первом же году своего царствования он отдал храму Нейт в Саисе десятину с золота, серебра и всего прочего, ввозимого из стран «греческого моря» и производимого в Навкратисе. В надписи, посвящённой этому дарению, царь изображался не только заботящимся о строительстве и снабжении храмов, но и спрашивающим у жрецов совета во всяком храмовом деле и поступающим по их слову. О строительной деятельности Нектанеба свидетельствуют поныне развалины и обломки храмовых сооружений, которые мы находим от южных окраин страны до северных.

Тем не менее он, по-видимому, не поддерживал интересов жречества в той мере, в какой это было для них желательно, так как демотическая хроника намекает, что фараон пользовался своей властью над Египтом и храмами лишь с целью получения серебра.

Вопрос о получении серебра для военных целей стал особенно злободневным при сыне и преемнике Нектанеба I Тахе (361—360). Новый фараон намеревался вмешаться во внутренние распри Персидской державы на стороне малоазийских сатрапов и вторгнуться в Сирию. Он собрал огромное войско: 11 тыс. греческих наёмников, 80 тыс. местных воинов и множество военных судов. Для оплаты иноземных воинов Таху нужны были деньги, а их не хватало.

Не довольствуясь разными налогами и выкупом с людей, набранных в избытке для службы на кораблях, Tax потребовал от населения сдачи серебра и золота в счёт будущих натуральных податей. Затем царь объявил, что ввиду военного времени может продолжить царские поставки храмам только при условии оплаты этих поставок серебром и золотом.

Но когда жречество внесло требуемую сумму, царь заявил, что лишён возможности дать более одной десятой части поставок, поэтому девять десятых жреческих взносов считает ссудою государству, подлежащей возмещению после победы. Фараон получил таким образом большое количество драгоценного металла и мог заняться чеканкою денег для оплаты наёмников.

Царское повеление о сдаче серебра и золота вызвало недовольство населения Ещё более резкую реакцию оно встретило у жречества и знати, поэтому, когда фараон со своим войском покинул Египет и успешно продвигался по территории Финикии и Сирии, в тылу у него, в Египте, вспыхнул мятеж. Родственник царя, оставленный в Египте правителем, провозгласил фараоном своего сына Нехтгорхеба начальствовавшего над египтянами в походе. Таху пришлось бежать к персидскому царю.

Воцарение Нектанеба II (359—341), как принято называть на греческий лад Нехтгорхеба, означало отказ от начинаний Таха и возврат к угодным жречеству порядкам. Сирийский поход был прерван. Новый фараон стремился задарить жречество.

Только на погребение мемфисского священного быка Аписа Нектанеб II на втором году своего царствования отпустил более 40 кг золота и более 500 кг серебра, не считая других несметных даров, в том числе свыше 400 голов рогатого скота и свыше тысячи голов птицы. Остатки храмовых сооружений Нектанеба II были обнаружены в различных частях страны.

Отказавшись от активной борьбы против персов, которую вёл Tax, Нектанеб II пассивно выжидал персидского наступления. В 350 г. до н. э. персидское нашествие на Египет не удалось в значительной мере из-за природных препятствий (персы плутали по пустыне, к тому же близился разлив Нила).

В 345 г. до н. э. фараон поддержал восставших финикийцев, но дело кончилось переходом его греческих наёмников на сторону персов. К 343 г. до н. э., ко времени решительной схватки с противником, Нектанеб II располагал всё же большим войском: 40 тыс. греческих и ливийских наёмников, 60 тыс. египетских воинов и огромным количеством речных судов.

Поэтому победой над Египтом персидский царь Артаксеркс III был обязан не столько численному превосходству своих сил, сколько розни между египтянами и их греческими наёмниками и сдаче греками важнейших пограничных крепостей.

Считая положение безнадёжным и не дав, в сущности, ни одной большой битвы персам, Нектанеб покинул Мемфис. Египет снова стал персидским владением.

Однако и после вторичного подчинения Ахеменидам Египет не прекратил борьбы против захватчиков. Между 341 и 332 г. до н. э. в Египте снова появляется свой фараон, носивший, правда, неегипетское имя Хабабаш. Но более подробных сведений о движении, которое привело его к власти, не сохранилось,